Однажды мэр города Херсона Владимир Васильевич (тм) Сальдо вышел из квартиры вынести мусор. Он нажал кнопку вызова лифта, однако прежде чем двери лифта открылись, из панели в стене высунулась голова кандидата в мэры Алены Ротовой. Рот Ротовой был широко раскрыт, а в оловянных глазах красноватым цветом светились цифры: «18 копеек!».

Владимир Васильевич (тм) порылся в карманах, нашел 18 копеек одной монетой и сунул в рот Ротовой. Что-то коротко звякнуло, цифры в глазах Ротовой погасли, рот захлопнулся. Голова кандидатки в мэры облизнулась и втянулась в стенную панель. Через 15 секунд с шумом открылись створки лифта.

С третьего раза мэру удалось нажать кнопку «1». Лифт, погромыхивая, спустился и выпустил Владимира Васильевича (тм). Тот вышел из подъезда и направился к стоящим неподалеку мусорным бакам.

Крышки контейнеров были закрыты, а когда Владимир Васильевич (тм) попытался поднять одну из них, пропищал зуммер, и из стенки мусорного контейнера высунулась голова кандидатки в мэры Алены Ротовой. Рот ее, как и положено, был широко распахнут, а в глазах опять светились цифры, от размера которых мэр чуть не выронил ведерко из-под цемента, в которое по случаю он погрузил кулек с мусором – картофельной кожурой, огрызками рябчика и срезанными верхушками ананасов.

- Это за что такие поборы!? – возмутился Владимир Васильевич (тм).

- За кубометр мусора! – не закрывая рта, ответила голова Алены Ротовой.

Владимир Васильевич (тм) достал из кармана портняжный метр и аккуратно измерил длину, ширину и высоту мусорного бака, перемножил и, осмыслив результат, воскликнул:

- Так нету здесь кубометра! Ноль – семьдесят пять всего лишь!

Голова Алены Ротовой ничего не ответила, только настойчиво сверкнула красными цифрами в глазах.

- Аленушка, ну что ты!? – сменил тактику мэр. – Своих не узнаешь? С меня могла бы и по льготному тарифу взять!

- Гы!!! – ответила голова Алены Ротовой, и цифры в ее глазах удвоились, а красный цвет их налился зловещим темным оттенком.

- Ах так!? – вскипел Владимир Васильевич (тм) и, не найдя открытого контейнера, высыпал ведерко мусора прямо в распахнутый рот Ротовой – благо, размер рта позволял.

- Долг за тобой! – проскрипела голова Ротовой, давясь картофельной кожурой с обрезками ананасов, и скрылась в мусорном контейнере.

А Владимир Васильевич (тм) уже топал к лифту, размышляя: «Обнаглела Алена! Я – мэр, моя работа деньги с горожан сшибать! А она вечно поперед батьки в пекло!»

Он заранее приготовил монетку, предусмотрительно сунул ее в распахнутый у лифта рот Ротовой и вошел в тесную кабинку. Нажал свой этаж, и лифт трясясь и дребезжа, поехал вверх.

Но на полдороги кабинка вздрогнула и, погасив свет, остановилась. Из кнопочной панели, прижав Владимира Васильевича к противоположной стене, высунулась голова Алены Ротовой. Рот ее был распахнут чрезвычайно широко, а в глазах багровым пламенем светились цифры «20000 грн».

- За ремонт лифта! – прорычала голова Алены Ротовой, предвосхищая вопросы.

- У меня нету… – в ужасе пробормотал Владимир Васильевич (тм) и стал ждать.

Через два часа ему захотелось в туалет, и он по-новому взглянул на распахнутый рот Ротовой. Но острота зубов кандидатки в мэры прогнала грязные мысли.

А глаза Алены Ротовой мерно щелкали, отсчитывая пеню за неуплаченные деньги…