Однажды мэр города Херсона Владимир Васильевич™ Сальдо шел по проспекту Ушакова, весело помахивая опустевшим ведерком из-под цемента, в котором сиротливо погромыхивал усталый мастерок. Владимир Васильевич™ сегодня законопатил 5 маленьких дупел и замуровал одно большое, а потому настроение его было достаточно высокое.
Вдруг он увидел, как какой-то мужик приставил лестницу к большому биллборду Владлена Наумовича Гирина, который издали можно было спутать с рекламой вице-премьера Сергея Леонидовича Тигипко. Владимир Васильевич™ вначале хотел наругать хулигана, но потом подумал, что биллборд не мэрский, а гиринский, а значит, ничего страшного не происходит. Поэтому он спрятался за дерево, чтобы мужик его не заметил, и стал наблюдать.
Мужик поднялся по лестнице, держа в руках такое же ведерко, как у Владимира Васильевича™, и черной краской в несколько мазков написал большими буквами слово «ЖЫД». Потом почесал древком малярной кисти затылок и добавил буквами поменьше: «И сионист!».
«Какой неполиткорректный человек!» – подумал Владимир Васильевич™ и с удовольствием стал наблюдать дальше. А мужик воровато огляделся, спустился с лестницы, подхватил ее и с очень деловым видом потащил под мышкой по проспекту Ушакова. Владимир Васильевич™, прячась за деревьями, последовал за ним.
Так они добрались до биллборда Алены Ротовой, на котором было написано «Мы – херсонцы!». Неполиткорректный мужик приставил стремянку к биллборду, вскарабкался и, зачеркнув слово «херсонцы», большими буквами написал слово «ЖЫДЫ!». Потом подумал и пририсовал Алене Ротовой схематические пейсы. Лихо соскочил с лестницы и направился, как уже догадался Владимир Васильевич (тм), к следующему биллборду. Это оказалась реклама Андрея Ревтова. На этом биллборде мужик с лестницей решительно написал: «ЖЫД И МАСОН!!!».
Следующий биллборд оказался с лицом Андрея Путилова. Мужик посмотрел на него, развел руками, вздохнул и пошел дальше. Потом вдруг развернулся, подбежал к биллборду, приставил лестницу и, взлетев по ней, написал: «Все равно ненавижу!»
«Последовательный, однако!» – с удовлетворением
подумал Владимир Васильевич™ и продолжил скрытое наблюдение. Однако следующим биллбордом оказался биллборд самого Владимира Васильевича™ Сальдо. В предчувствии стереотипной характеристики мэр выскочил из-за дерева и принялся раскачивать лестницу, по которой мужик с ведром взбирался, чтобы испоганить биллборд городского головы.
- Ты это что, стервец, делаешь!? – закричал Владимир Васильевич™, когда злоумышленник, чудом не разлив краску, слетел с лестницы.
- Агитирую! – гордо ответил тот.
- Нельзя всех подряд! – строго сказал Владимир Васильевич™. – Вот ты, к примеру, кто такой?
- Я – кандидат в мэры, представитель этнического большинства Сергей Кириченко! – ответил мужик, гордо потрясая малярной кистью.
- А-а-а… – закивал Владимир Васильевич™. – Тогда понятно.
- А вы, батенька, масон! – вдруг нахмурился Кириченко.
- С чего ты взял!? – возмутился мэр.
- А мастерок! – представитель этнического большинства указал пальцем на лежащий в мэрском ведерке мастерок, испачканный в цементе. В этот момент раздался топот. Сергей Кириченко огляделся, сказал «Опаньки!» и, сунув в руки Владимиру Васильевичу™ кисть, ведро и стремянку, бросился бежать и через секунду скрылся за домами.
А Владимир Васильевич™ удивленно смотрел то на малярную кисть и стремянку в своих руках, то на дворы, в которых скрылся представитель этнического большинства, то на подбегающих к нему Гирина, Ревтова и Ротову в сопровождении наряда милиции.
- Смотрите, вот он! – кричали кандидаты в мэры. – На своем биллборде так ничего не написал! Антисемит!
- Это не я! Это не мое! – оправдывался Владимир Васильевич™ Сальдо. Но ему никто не верил…